• Акции
  • Облигации
  • ПИФ
  • ETF
  • Криптоактивы
Показано 0 из 0, уточните запрос
Более 1000 записей, уточните запрос
Показано 0 из 0, уточните запрос
Более 1000 записей, уточните запрос
Показано 0 из 0, уточните запрос
Более 1000 записей, уточните запрос
Показано 0 из 0, уточните запрос
Более 1000 записей, уточните запрос
Показано 0 из 0, уточните запрос
Более 1000 записей, уточните запрос
Войти | Регистрация
Забыли пароль?
Зарегистрироваться
Отмена
×
  • Фонды
    • Поиск ПИФ
    • Что такое ПИФ
    • Биржевые фонды
    • ETF
    • Рэнкинги ПИФ
    • Рэнкинг ПИФ по доходности
    • Статистика рынка ПИФ
  • Акции
    • Поиск и скринер
    • Лидеры рынка
    • Дивидендный календарь
  • Облигации
    • Поиск
  • Золотои монеты
    • Индексы драгметаллов
    • Золото
    • Серебро
    • Платина
    • Палладий
  • Индикаторы
    • Ключевые индикаторы
    • Поиск криптоактивов
    • Индексы криптоактивов
    • Российский рынок акций
    • Мировые рынки акций
    • Валюты
    • Доходность ПИФ
    • Активы пенсионных накоплений
  • Новости и аналитика
    • Новости рынка
    • Аналитика
    • Глоссарий
  • Участникирынка
    • Управляющие компании
    • Брокеры и forex-дилеры
    • НПФ
    • Рейтинги УК от рейтинговых агенств
    • Рейтинги НПФ от рейтинговых агенств
    • Эндаумент-фонды
  • Пенсионнаяиндустрия
    • Пенсионные рейтинги
    • Статистика рынка
  • API
Ваш аккаунт удален, спасибо, что были с нами

Лента новостей

Все разделы
  • Все разделы
  • Акции
  • Облигации
  • Криптовалюта
  • Страхование жизни
  • Фонды
  • Пенсионная индустрия
  • Инвестиционные тренды-2026: как выстраивать портфель на новом этапе рынка
    23 января 2026, 15:34, Фонды УК ТРИНФИКО
  • Какие результаты могут показать инвестфонды в 2026 году
    23 января 2026, 12:03, Фонды Коммерсантъ
  • Венчурный фонд Т-банка инвестировал в разработчика промышленного ПО
    22 января 2026, 10:31, Фонды Ведомости
  • УК ВИМ Инвестиции заработала свыше 4 млрд рублей для эндаументов в 2025 году
    21 января 2026, 13:28, Фонды ВИМ Инвестиции
  • В I чтении принят проект о праве компаний группы не дублировать консолидированную отчетность
    21 января 2026, 09:52, Фонды Интерфакс
  • Steplife привлекает 200 млн рублей в закрытом pre-IPO раунде
    20 января 2026, 16:21, Акции Агентство Бизнес Новостей
  • Навигатор коллективных инвестиций: как меняются потоки в фонды
    20 января 2026, 12:58, Фонды Альфа-Капитал
  • Эксперты прогнозируют IPO-оттепель
    20 января 2026, 10:28, Акции Агентство Бизнес Новостей
  • Пополнить договор в НПФ ВТБ можно в два клика
    19 января 2026, 18:17, Пенсионная индустрия НПФ ВТБ Пенсионный фонд (АО)
  • В 2025 году объем привлечения в ПИФы установил исторический рекорд
    19 января 2026, 09:49, Фонды Коммерсантъ

Центробанк хочет стать консультантом банков, а не надсмотрщиком

22 ноября 2016 , Ведомости

И рассчитывает на стартовавшую реформу надзора.

Эта осень запомнилась финансовому сектору громкими отставками в Центробанке – свои посты покинули первый зампред Алексей Симановский и зампред Михаил Сухов, трудившиеся в банковском надзоре последние 20 лет. Им на смену пришел давний коллега – первый зампред Дмитрий Тулин, который теперь курирует надзор за кредитными организациями. Объявив о кадровых перестановках в руководстве Банка России, его председатель Эльвира Набиуллина признала, что банковскому надзору необходима глубокая перестройка и обновление всей системы. «Ведомости» выяснили, что не так было с банковским надзором до сегодняшнего дня и как он будет меняться.

Ошибки надзора

«Мы бы очень хотели лучше понимать суть происходящего в каждой кредитной организации», – признается в беседе с «Ведомостями» Тулин, замечая, что у регулятора пока ограниченная способность своевременно выявлять проблемы в банках и предотвращать банковские крахи или хотя бы задолго их прогнозировать, чтобы это не было неприятной неожиданностью.

ЦБ должен быть способен выявлять проблемы на ранних стадиях, проводить профилактическую работу по их предотвращению, а если это невозможно (например, контрагент не хочет или не может финансово поддержать свой бизнес) – понимать масштаб проблемы и во что это может вылиться с точки зрения финансовых потерь, говорит Тулин. «Подобные сюрпризы для нас – риск-события, если называть красивым словом, а если некрасивым – наши провалы», – сетует он.

Проблема российского банковского сектора – повышенный уровень недостоверности отчетности: содержание операций и сделок не соответствует правовой форме и отражению этих событий в отчетности, рассказывает Тулин. «Банки совершают притворные сделки, которые маскируют уже накопленные убытки или неправомерно полученные доходы, фиктивный капитал», – объясняет он. Причем индустрия фабрикации отчетности из года в год совершенствуется, замечает первый зампред, некоторые банки применяют все более изощренные методы маскировки проблем.

Раньше с помощью «правильной» оценки кредитного портфеля маскировали дыры в капитале, и даже если банковский надзор требовал досоздать резерв на уровне 21%, 50%, банки соглашались – это все равно больше, чем ноль, который на самом деле составляет стоимость этого портфеля, вспоминает Тулин. «Раньше кредиты выдавали очень примитивно и их легко было проверить: выдавали ссуду фирмам-однодневкам или SPV (special purpose vehicle, или компания специального назначения. – «Ведомости»), которые не платили налоги и имели в штате по одному человеку, и проч. Сейчас же это целый кластер компаний и предпринимателей, которые предоставляют банкам свои услуги в качестве заемщиков», – рассказывает он. Эти компании чем-то занимаются, чем-то торгуют, даже платят налоги и имеют штат сотрудников, продолжает первый зампред, сейчас все выглядит очень правдоподобно.

Когда в середине 2000-х ЦБ стал проверять «круговые схемы» – движение средств по схемам, которые использовались для формирования фиктивного капитала, – регулятор шел по цепочке и приходил к заключительному звену, рассказывает Тулин.

Но затем банки стали использовать так называемые разрывы в цепочке, когда очередной посредник в ней, например, уже не предоставлял никаких финансовых займов и не покупал векселя: «Обрыв цепочки. На сленге фальсификаторов это называется «вертолет». Между этими посредниками деньги перевозили наличными в чемоданах, что, кстати, объясняет спрос на наличные деньги», – рассказывает Тулин.

Много и других ноу-хау, продолжает он, например, заемщик может быть известной строительной компанией с многолетней историей. «Но по жизни она может быть связана с каким-то банком – это, конечно, неформальные связи. И компания может предоставлять банку свои услуги в качестве такой вот прокладки. А у таких компаний вообще огромный объем бизнеса, много кредитов – очень сложно выявить», – заключает он.

Рекордсменом по фальсифицированной отчетности стал Внешпромбанк, после отзыва у него лицензии выяснилось, что в банке не хватает активов на 215 млрд руб. (см. инфографику). Вслед за ним идет Росинтербанк, менеджмент которого предпочел уничтожить данные в автоматизированной банковской системе, что фактически обесценило его активы, – в банке недостает более 80 млрд руб.



Схемы действительно стали сложнее, солидарен вице-президент аудиторской компании ФБК Алексей Терехов. «Они адаптировались под более пристальный надзор со стороны ЦБ, это своего рода погоня по кругу: чем глубже механизмы надзора ЦБ, тем сложнее становятся схемы», – говорит он, замечая, что стоимость организации схем сильно выросла. Кроме того, они стали растворяться в большом количестве добросовестных операций и заметить их сложно, говорит Терехов: «Очевидным это становится уже после того, как банк лишается лицензии, а до этого момента на поверхность они не выходят и выглядят вполне приемлемо».

Ключевая же ошибка надзора, по мнению Терехова, – несвоевременность действий.

Краеугольный камень – это не фальсификация отчетности, поскольку в ней так или иначе уже отражены или не отражены события прошлого, объясняет он, главный вопрос – это ограниченное понимание того, какую бизнес-модель использует банк и к чему это может привести в дальнейшем. «Если регулятор научится детально анализировать и понимать бизнес-модель того или иного банка, он сможет делать «оценку будущего», что и станет опорой для принятия каких-либо решений сегодня», – заключает он.

«Я должен согласиться с Тулиным, он, безусловно, прав, что какие-то вещи становятся понятны только в условиях, когда сотрудники ЦБ получают доступ к первичной информации, а не к отчетности», – говорит экс-председатель ЦБ (1995–1998 гг.) Сергей Дубинин. «Я не думаю, что предшествующие специалисты по надзору могли изменить технологию – формально банки документы все сдавали вовремя, а вот оценить реальное состояние банка было тяжело – мошеннические методы ведения отчетности», – объясняет он, замечая, что это очень сложный узел, который тяжело распутать.

«Я помню, как это работало в середине нулевых. Надзор работал на сбор данных, собирал отчетность, подшивал – и все», – вспоминает сотрудник надзорного блока.

Для того чтобы надзирать за банками почти в режиме реального времени, ЦБ еще в кризис 2008 г. создал институт уполномоченных представителей. Несколько лет спустя регулятор существенно расширил список банков, в которых работают его представители, – сейчас таких кредитных организаций 158, следует из данных на сайте ЦБ.

Однако никаких качественных изменений в надзоре этот институт пока не принес, признает Тулин. «Когда присутствуют представители сторонних организаций на заседании управленческих органов коммерческого банка, при них ни о чем таком актуальном предпочитают не разговаривать. До них реально информация не доводится», – сетует он. Хотя в некоторых банках решения действительно принимаются согласно закону и внутренним документам, говорит Тулин, но есть и другие кредитные организации, где все документы составлены правильно, а решения все равно принимаются одним-двумя людьми.

«Да, такая практика есть – проводить кредитные комитеты или заседания правления для галочки, чтобы уполномоченный представитель посмотрел и успокоился», – рассказывает топ-менеджер банка из топ-100. Реально же решения принимаются на других заседаниях, куда доступа у представителя ЦБ нет, говорит он, замечая, что не обязательно это решения, идущие вразрез с экономикой или законом.

«Те банковские крахи, которые происходят сейчас, если речь не идет о хищениях, в основном следствие событий, просчетов самих банков и, соответственно, банковского надзора многолетней давности. Это то, за чем надзор недосмотрел 5–7 лет назад», – заключает Тулин. С середины 2013 г. по ноябрь 2016 г. лицензий лишилась 291 кредитная организация. За эти три года ЦБ серьезно ужесточил надзор, вычистив банки, проводившие сомнительные операции, и снизив допустимый порог таких операций в других кредитных организациях. За это же время ЦБ неоднократно ужесточал требования к резервированию, используя этот инструмент и для борьбы с фальсификацией отчетности (например, увеличив провизии по счетам в иностранных банках, если нет подтверждения того, что средства действительно находятся на счете и не обременены).

Тщательнее регулятор стал проверять и другие активы банков, утвердив процедуру выезда своих сотрудников на место регистрации заемщика.

ЦБ будет знать все

Сейчас начинается процесс перехода к другому методу надзора, следует из слов Тулина, на этой может уйти 5–7 лет, но оптимисты считают, что качественные изменения можно будет увидеть через 2–3 года: «Цель, которую мы ставим, – консультативный, а не карательный надзор».

Меры надзорного реагирования должны быть чрезвычайным событием, уверен он, совершенно не обязательно наказывать, если не обязывает закон. Надзор – это диалог, говорит Тулин и объясняет: на большинство вменяемых людей огромное впечатление производит просто демонстрация того, что у Банка России есть понимание, что у них происходит. Надзор будет строиться на диалоге с банками, но если они не будут признавать недочеты добровольно и продолжат неправильное отражение операций в отчетности, ЦБ будет задумываться о действиях, говорит Тулин: «Пока банки остаются на плаву, но через полгода ликвидность иссякнет, потому что их активы плохого качества перестанут давать даже незначительные денежные потоки».

Для этого сотрудникам ЦБ потребуется знать о своих поднадзорных почти все, следует из рассказа Тулина, нужно досконально знать и понимать и бизнес, и людей, которые с этим бизнесом работают.

«В идеале наши сотрудники должны знать все о топ-менеджерах и собственниках банковского бизнеса вплоть до семейного положения, родственных и деловых связей, а лучше знать еще и о кулинарных пристрастиях», – иронизирует первый зампред ЦБ. Это помогает моделировать поведение людей в сложных ситуациях – так называемый поведенческий надзор, который даже помогает понять, можно ли ожидать масштабной фальсификации отчетности, объясняет он.

«Может быть, там люди с такой деловой репутацией, что внезапные проверки кассы надо устраивать раз в неделю. Сплошь и рядом бывают случаи, когда по отчетности деньги в кассе есть, а на самом деле их там нет, и выясняется это уже после отзыва лицензии», – говорит Тулин.

А кого-то другого в этом подозревать даже не стоит, потому что у них совершенно другая биография и другие жизненные ценности, поясняет он. «Если они знают, что мы знаем, это в четырех из пяти случаев способно очень сильно изменить поведение людей», – утверждает первый зампред.

Люди так устроены: жадность – один из человеческих инстинктов, а в бизнесе сконцентрированы люди, в большой степени ориентированные на успех и материальное благо, говорит Тулин, в погоне за прибылью они теряют чувство меры и риска. Часто для них требования ЦБ являются досадной необходимостью, признает он, а ЦБ должен их удерживать и предостерегать. «В идеале мы должны быть для них бесплатными бизнес-советниками в интересах кредиторов, вкладчиков и даже в интересах миноритарных акционеров, хотя это законом и не предписано, – очень часто они никакого отношения не имеют к тому, что в банке происходит», – заключает он.

Есть такая интересная вещь, как досье на банк, и задача ЦБ – всех отсортировать и понять, говорит Тулин. Причем досье должно быть такое, чтобы его понимал даже новичок, – там должна быть вся история: «До 2013–2014 гг. такие цели в надзоре не ставились. Знание – вещь опасная, оно предполагает ответственность», – говорит Тулин.

Завоевать доверие бизнеса

Все знать непросто, и людей необходимо этим навыкам обучать. «Требуется другой уровень кропотливости и дотошности, другой уровень профессиональной подготовки сотрудников», – объясняет он, замечая, что для этого надо работать с действующим штатом сотрудников и искать новых специалистов на рынке. ЦБ будет совершенствовать свою культуру, говорит Тулин: «Когда я в прошлом уходил из Банка России, у меня была полнейшая неудовлетворенность результатами своей работы и невозможность что-либо изменить – тогда я проработал в надзоре всего два года. Сейчас я верю, что такая возможность есть».

«Если я правильно понимаю Тулина, то речь фактически идет о дальнейшем ужесточении надзора. Есть опасная грань, когда ответственность с собственников банков и их менеджеров перекладывается на надзорный орган, и перегибать здесь палку нельзя», – предупреждает Дубинин. Он не верит в идею «знать все»: «Как чиновник может знать все о поднадзорном? Это огромный массив информации, который будет почти невозможно переработать. Знать все не может никто, ни одна контора даже в самые суровые времена всего не знала».

Один из бывших сотрудников надзорного блока ЦБ с ним согласен: знать своего клиента, конечно, хорошо, но обеспечить поступление информации в таком объеме скорее всего невозможно. «Красиво, но утопия. К тому же большие издержки», – говорит собеседник «Ведомостей». Он считает, что идея перейти от карательного надзора к консультативному хорошая: «Это даст возможность до тех событий, когда уже пора отзывать лицензию, как-то помочь банку. Но единственный и, пожалуй, самый важный момент – это доверие к ЦБ». «Если Банк России сможет это доверие завоевать, чтобы собственники и менеджмент могли открыто говорить о проблемах банка, все должно получиться», – резюмирует бывший сотрудник надзорного блока ЦБ.

Совершенствовать надзор нужно, признает Дубинин: «Я бы рекомендовал после окончания первичной зачистки рынка, которая прошла в 2013–2016 гг., провести стресс-тестирование оставшихся игроков – поэтапно, в течение нескольких лет, выделив им время на подготовку, – и сделать результаты этого тестирования публичными. Надо переходить к прозрачной деятельности – бизнес-модели должны быть известны населению». Он считает, что такое мероприятие даст Центробанку возможность понять, в каком состоянии находятся банки: «Пусть банкиры объяснят, как они собираются пережить тот или иной кризис, пускай каждый выступит и защитит свою бизнес-модель».

По словам Дубинина, так надзор сможет получить огромный материал для анализа, сможет понять бизнес-модель каждой организации и, соответственно, прогнозировать, какие проблемы могут появиться у того или иного банка.

Большинство банков, которых «Ведомости» попросили прокомментировать переход от карательного надзора к консультативному, на вопросы отвечать не стали. А те, кто ответил, хвалили идею.

Карательный характер любого действия отпугивает и инвесторов, и квалифицированные кадры, снижает привлекательность индустрии в сравнении с другими отраслями, говорит генеральный директор «Открытие холдинга» Рубен Аганбегян. «Мы периодически советуемся с регулятором еще до проведения операций и сделок, при этом взаимодействие идет в формате диалога. Систематизация такой практики пойдет на пользу всем сторонам, в том числе это должно помочь здоровым организациям спокойно работать и развиваться», – полагает он.

Консультационный надзор имеет ряд преимуществ перед карательным, считает руководитель центра внедрения базельских рекомендаций управления рисками Росбанка Елизавета Розанова: «В первую очередь такие практики позволят предотвращать проблемы на ранних стадиях, пока они не разрослись, когда стоимость устранения нарушений как для банка, так и для регулятора (банковской системы в целом) еще относительно невысока». Однако внедрение консультационного надзора безусловно потребует от сотрудников регулятора большей экспертизы и опыта, а также культурных изменений на уровне регулируемых организаций (банки не привыкли консультироваться с регулятором по своим операциям), полагает Розанова.

При этом здесь важно соблюсти баланс, чтобы консультационный надзор не превратился в слишком навязчивое вмешательство в бизнес-процессы банков, не затруднил и не замедлил их деятельность, заключает она.

Сквозная слежка
Эльвира Набиуллина
Председатель Банка России
«Благодаря тому что ЦБ стал мегарегулятором и может проводить перекрестные и сквозные проверки, мы видим, что иногда проблемные активы кочуют из одних структур в другие. Мы уже сейчас внутри создаем совместные надзорные группы, которые анализируют финансовые группы целиком. Конечно, здесь нужны изменения в законодательстве, которые нам позволяли бы применять меры ко всей группе, т. е. чтобы консолидированный надзор был не только за банками и банковскими группами, а за финансовыми холдингами в целом, которые включают в периметр небанковские финансовые институты».
Интервью «Ведомостям», 2016 г.
Дарья Борисяк
  • О сайте
  • Написать нам
  • Правовая информация
  • Получить данные / Заказать данные
  • Investfunds-PRO
  • FAQ
  • Портфель инвестора
Copyright © 2003-2026 Investfunds
Другие проекты группы компаний Cbonds
  • Cbonds
  • Cbonds-Congress
  • Private equity and venture capital
  • Cbonds Review
Этот веб-сайт использует файлы cookie для обеспечения удобного и персонализированного просмотра. Файлы cookie хранят полезную информацию на вашем компьютере для того, чтобы мы могли улучшить оперативность и точность нашего сайта для вашей работы. В некоторых случаях файлы cookie необходимы для обеспечения корректной работы сайта. Заходя на данный сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie.
Ок
Развернуть Свернуть
Сообщение
Для корректной работы обновите вашу версию браузера