Показано 0 из 0
Инвесторы забыли про проблемы банков Китая?
20 апреля 2017 , Россия 24
Новый глава банковского регулятора Китая Го Шуцин показывает удивительную стойкость, так как вообще не говорит о проблемах. При этом, конечно, он прекрасно о них осведомлен.
Китайская банковская система, заявил он в прошлом месяце, стоит более чем $33 трлн. Таким образом, она больше, чем в любой другой стране мира, даже чем во всей Европе.
Он также хорошо осведомлен о подводных камнях, которые остались после десятилетия стремительного роста кредитования. Но если Го все же нервничает, то он отлично это скрывает. "Все проблемы и противоречия будут решены", - заключил он.
Безусловно, от китайского чиновника ничего не ждут, кроме полной уверенности в банках Поднебесной. Больше удивляет то, что растет число согласных с ним аналитиков и инвесторов. Цены на акции китайских банков взлетели на четверть с начала прошлого года.
Инвестиционный банк Morgan Stanley называет китайские кредитные организации "очень привлекательным вариантом". А Goldman Sachs, другой инвестиционный банк, повысил рейтинг Китая до "выше индикативного уровня", что означает - следует покупать китайские акции, особенно бумаги банков.
Местная газета Shanghai Financial News охарактеризовала новое отношение к финансовым компаниям страны как "возвращение короля". Вопрос лишь в том, будет ли его правление продолжительным и стабильным или краткосрочным и турбулентным.
Самым позитивным элементом для китайских банков стало стремительное увеличение номинального экономического роста. Реальный рост ВВП с учетом инфляции, скорее всего, несильно изменится в 2017 г. по сравнению с прошлогодним показателем в 6,7%.
Однако номинальный рост составит почти 10% в юаневом выражении.
Более высокие цены ведут к увеличению корпоративной прибыли, особенно для имеющих большие долги производителей стали и угля, что поможет им гасить кредиты.
Официальный коэффициент безнадежных долгов в китайских банках поднимается с 2012 г. и в прошлом году составил 1,7%. Однако многие аналитики уверены, что реальный уровень "плохих" долгов в несколько раз выше (некоторые называют 19%), но движение вверх однозначно замедлилось, отмечает британский журнал The Economist.
Между тем, банки начали чистить свои балансы. Частично это происходит через дополнительное списание проблемных долгов. Только из-за них убытки банков в прошлом году превысили 50 млрд юаней ($75 млрд).
С увеличением количества выданных кредитов на инфраструктурные проекты и ипотеку, которые традиционно считаются безопасными в Китае, кредитный портфель выглядит более благополучным.
Ричард Ху из Morgan Stanley считает, что высокорискованное кредитование уменьшится с 6% от общего числа в Китае до менее чем 3% к 2020 г.
Есть и другие положительные сдвиги. Жесткая конкуренция с финансово-технологическими компаниями заставляет государственные банки становиться более эффективными. Четыре крупнейших банка, на которые приходится две пятых от всех активов сектора, впервые за шесть лет сократили число сотрудников.
Банки также больше используют мобильные приложения для обработки платежей и инвестиционных операций, которые еще недавно проводились вручную.
Все это, безусловно, положительные изменения, но они не означают, что банки Китая по-настоящему выбрались из трудного положения. Внешнее благополучие их отчетности зависит от финансового инжиниринга.
За последние три года правительство одобрило создание 35 компаний по управлению активами, то есть банков для проблемных активов. По словам эксперта UBS Джейсона Бедфорда, компании, которые приобретают у банков просроченные ссуды, часто финансируют себя через банковские кредиты.
Обмен долговых обязательств на акции - другая форма финансового инжиниринга: вместо погашения кредита имеющие долг фирмы могут выпустить акции для третьих лиц, которые получают кредиты в банках.
Однако в реальности их акции функционируют как облигации: компании должны платить дивиденды и выкупать обратно акции, если они не дотягивают до целевого уровня прибыли.
Чрезмерный рост кредитования - основная причина всех этих сложных схем по реструктуризации. Соотношение общего долга к ВВП в Китае увеличилось с менее чем 150% до 2008 г. до более чем 260% в настоящее время. Понимая опасность ситуации, китайское правительство включило снижение долговой нагрузки в число приоритетных задач.
Благодаря более стремительному номинальному росту соотношение долга к ВВП в этом году будет увеличиваться более медленными темпами. Но, тем не менее, сохранится движение вверх.
Рейтинговое агентство S&P Global предупредило в марте, что эта траектория разрушительна для китайских банков.
Для многих на рынке доводы "против" по китайским банкам превышают доводы "за". Акции банков растут с конца прошлого года, но инвесторы все еще оценивают их примерно в 80% от балансовой стоимости их активов. Другими словами, они ожидают дополнительных плохих новостей если не в этом году, то в ближайшем будущем.
Убедить мир, что китайский банковский сектор, несмотря ни на что, остается надежным и перспективным для инвестиций, - главная задача нового руководителя банковского регулятора Китая.
Китайская банковская система, заявил он в прошлом месяце, стоит более чем $33 трлн. Таким образом, она больше, чем в любой другой стране мира, даже чем во всей Европе.
Он также хорошо осведомлен о подводных камнях, которые остались после десятилетия стремительного роста кредитования. Но если Го все же нервничает, то он отлично это скрывает. "Все проблемы и противоречия будут решены", - заключил он.
Безусловно, от китайского чиновника ничего не ждут, кроме полной уверенности в банках Поднебесной. Больше удивляет то, что растет число согласных с ним аналитиков и инвесторов. Цены на акции китайских банков взлетели на четверть с начала прошлого года.
Инвестиционный банк Morgan Stanley называет китайские кредитные организации "очень привлекательным вариантом". А Goldman Sachs, другой инвестиционный банк, повысил рейтинг Китая до "выше индикативного уровня", что означает - следует покупать китайские акции, особенно бумаги банков.
Местная газета Shanghai Financial News охарактеризовала новое отношение к финансовым компаниям страны как "возвращение короля". Вопрос лишь в том, будет ли его правление продолжительным и стабильным или краткосрочным и турбулентным.
Самым позитивным элементом для китайских банков стало стремительное увеличение номинального экономического роста. Реальный рост ВВП с учетом инфляции, скорее всего, несильно изменится в 2017 г. по сравнению с прошлогодним показателем в 6,7%.
Однако номинальный рост составит почти 10% в юаневом выражении.
Более высокие цены ведут к увеличению корпоративной прибыли, особенно для имеющих большие долги производителей стали и угля, что поможет им гасить кредиты.
Официальный коэффициент безнадежных долгов в китайских банках поднимается с 2012 г. и в прошлом году составил 1,7%. Однако многие аналитики уверены, что реальный уровень "плохих" долгов в несколько раз выше (некоторые называют 19%), но движение вверх однозначно замедлилось, отмечает британский журнал The Economist.
Между тем, банки начали чистить свои балансы. Частично это происходит через дополнительное списание проблемных долгов. Только из-за них убытки банков в прошлом году превысили 50 млрд юаней ($75 млрд).
С увеличением количества выданных кредитов на инфраструктурные проекты и ипотеку, которые традиционно считаются безопасными в Китае, кредитный портфель выглядит более благополучным.
Ричард Ху из Morgan Stanley считает, что высокорискованное кредитование уменьшится с 6% от общего числа в Китае до менее чем 3% к 2020 г.
Есть и другие положительные сдвиги. Жесткая конкуренция с финансово-технологическими компаниями заставляет государственные банки становиться более эффективными. Четыре крупнейших банка, на которые приходится две пятых от всех активов сектора, впервые за шесть лет сократили число сотрудников.
Банки также больше используют мобильные приложения для обработки платежей и инвестиционных операций, которые еще недавно проводились вручную.
Все это, безусловно, положительные изменения, но они не означают, что банки Китая по-настоящему выбрались из трудного положения. Внешнее благополучие их отчетности зависит от финансового инжиниринга.
За последние три года правительство одобрило создание 35 компаний по управлению активами, то есть банков для проблемных активов. По словам эксперта UBS Джейсона Бедфорда, компании, которые приобретают у банков просроченные ссуды, часто финансируют себя через банковские кредиты.
Обмен долговых обязательств на акции - другая форма финансового инжиниринга: вместо погашения кредита имеющие долг фирмы могут выпустить акции для третьих лиц, которые получают кредиты в банках.
Однако в реальности их акции функционируют как облигации: компании должны платить дивиденды и выкупать обратно акции, если они не дотягивают до целевого уровня прибыли.
Чрезмерный рост кредитования - основная причина всех этих сложных схем по реструктуризации. Соотношение общего долга к ВВП в Китае увеличилось с менее чем 150% до 2008 г. до более чем 260% в настоящее время. Понимая опасность ситуации, китайское правительство включило снижение долговой нагрузки в число приоритетных задач.
Благодаря более стремительному номинальному росту соотношение долга к ВВП в этом году будет увеличиваться более медленными темпами. Но, тем не менее, сохранится движение вверх.
Рейтинговое агентство S&P Global предупредило в марте, что эта траектория разрушительна для китайских банков.
Для многих на рынке доводы "против" по китайским банкам превышают доводы "за". Акции банков растут с конца прошлого года, но инвесторы все еще оценивают их примерно в 80% от балансовой стоимости их активов. Другими словами, они ожидают дополнительных плохих новостей если не в этом году, то в ближайшем будущем.
Убедить мир, что китайский банковский сектор, несмотря ни на что, остается надежным и перспективным для инвестиций, - главная задача нового руководителя банковского регулятора Китая.
