Приватизация "Роснефти" как триумф и повод для вопросов

Новости о покупке 19,5% акций "Роснефти", ставшей крупнейшей приватизационной сделкой за последние годы в России, появились в среду вечером; с тех пор возникло много мнений и комментариев по поводу этого события, однако до сих пор сделка оставляет вопросы.

Приватизации 19,5% акций "Роснефти" с самого начала была окружена слухами и предположениями: например, по косвенным признакам СМИ полагали, что соответствующее предложение было сделано "Лукойлу", однако глава компании Вагит Алекперов опроверг участие в сделке. До последнего наиболее вероятным рассматривался вариант с buy back акций и последующей перепродажей пакета в 2017 году – о подобном варианте говорил президент страны Владимир Путин, кроме того, о других заинтересованных в сделке игроках широкой публике было неизвестно.

Тем неожиданнее стала объявленная 7 декабря новость: глава "Роснефти" Игорь Сечин доложил Путину, что покупателями пакета и стратегическими инвесторами стал консорциум швейцарского трейдера Glencore и катарского суверенного фонда (Qatar Investment Authority, QIA). Сделка по приватизации "Роснефти" принесет в бюджет РФ 10,5 миллиарда евро – примерно на такую сумму федеральные власти рассчитывали изначально.

GLENCORE

Международный трейдер Glencore уже владеет активами российских компаний, например, Glencore plc и ее дочерним обществам принадлежит 25% уставного капитала (33% обыкновенных акций) "Русснефти", однако о ее влиянии на политику компании ничего не известно. Обычно трейдерам неинтересно становиться полноправными партнерами и участвовать в управлении и финансировании - вместо этого, они владеют небольшими пакетами, чтобы иметь доступ к нефти, пояснял газете "Ведомости" аналитик Райффайзенбанка Андрей Полищука.

Действительно, уже известно, что Glencore благодаря участию в сделке получит дополнительные объемы сырья - новый поставочный контракт Glencore и "Роснефти" будет рассчитан на 5 лет и добавит к портфелю трейдера 220 тысяч баррелей нефти в сутки. Полищук считает, что эти объемы могут быть изысканы "Роснефтью" без увеличения добычи, и это не будет противоречить предполагаемому присоединению России к соглашению об снижении добычи ОПЕК на первое полугоде 2017 года.

"Скорее всего, речь идет о текущих объемах. Будет перераспределение от контрактов. Там есть и прямые поставки, но есть и спотовый рынок. Соответственно, со спотового рынка может идти на контракт Glencore. Это не критичные поставки. В конце концов, всегда можно купить у "Лукойла" и продать Glencore по той же цене, в ноль", - сказал Полищук РИА Новости.

Как следует из сообщения на сайте российской компании, "Роснефть" уже имела контракт на поставки Glencore. В марте 2013 году компания подписала долгосрочные контракты с Glencore и Vitol, предусматривающие поставки Glencore до 46,9 миллиона тонн нефти. До начала поставок по указанным контрактам "Роснефть" получила в качестве аванса до 10 миллиардов долларов, которые планировала направить на общекорпоративные и инвестиционные цели. Именно в марте 2013 года "Роснефть" закрыла сделку по приобретению ТНК-BP (всего для покупки ТНК-BP "Роснефть" брала порядка 31 миллиарда долларов кредитов).

Аналитики Sberbank CIB полагают, что швейцарский трейдер Glencore и суверенный фонд Катара QIA вряд ли будут активно противостоять реализации крупных проектов или приобретений, предлагаемых менеджментом "Роснефти", хотя могут выступать в качестве советников.

Впрочем, пока от разглашения дальнейших подробностей приватизации и ее последствий Glencore отказался. Никак не комментирует сделку катарский суверенный фонд, а пресс-секретарь "Роснефти" Михаил Леонтьев пообещал РИА Новости, что все подробности сделки появятся после ее завершения: стороны рассчитывают, что все процедуры и расчеты будут завершены до середины декабря.

При этом Леонтьев сообщил, что новые инвесторы будут иметь представителей в составе совета директоров "Роснефти" по завершению сделки. "А как же, они имеют право на представительство в совете директоров, в соответствии с долей акций. Представительство будет как у BP, у них примерно такая же доля. Состав (совета директоров - ред.) будет обсуждаться по завершению сделки", - сказал Леонтьев РИА Новости.

ВОПРОСЫ БЕЗ ОТВЕТА

Между тем, вопросов к сделке остается больше чем ответов. К примеру, глава "Роснефти" сообщил, что бюджет получит от продажи акций 10,5 миллиарда евро, в то время как в релизе Glencore речь идет о 10,2 миллиарда евро. Хотя Glencore сообщала еще и о своих акциях на 300 миллионов долларов. Однако пока непонятно как они будут монетизированы для расчетов с государством.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, комментируя журналистам сумму сделки, посоветовал обратиться за разъяснениями к "Роснефти". Песков также сообщил, что Кремль и Путин дистанцировались от сделки, не участвовали в переговорном процессе, и всю подготовку проводил глава крупнейшей российской нефтяной компании Игорь Сечин.

Интересует и схема финансирования сделки – как сообщал Сечин, оплата будет произведена, в том числе, благодаря привлечению кредитного финансирования, организованного одним из крупнейших европейских банков, однако будет ли это итальянский Intesa Sanpaolo, выступавший инвестконсультантом приватизации 19,5% акций "Роснефти", не сказано. Неизвестно также, на каких условиях будет выдаваться кредит.

Между тем агентство Рейтер со ссылкой на источники сообщило, что Intesa Sanpaolo предоставит большую часть займа трейдеру Glencore для покупки пакета акций "Роснефти".

Пока не известен также механизм конвертации валюты в рубли от оплаты сделки для поступления в бюджет России – власти сообщали лишь, что он будет предусмотрен во избежание скачков курса.

Так, глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов, комментируя данный вопрос, предполагал, что эти средства могут быть конвертированы за счет размещенных "Роснефтью" биржевых облигаций на 600 миллиардов рублей, однако утром в четверг стало известно, что "Роснефть" направит эти средства на предоставление беспроцентных займов своим шести "дочкам", поэтому вопрос остается открытым.

КНИГА ОТЗЫВОВ И ПРЕДЛОЖЕНИЙ

Вместе с тем, по мнению Федеральной антимонопольной службы, сделка прошла законно и с соблюдением всех процедур и сроков. По словам главы ФАС Игоря Артемьева, сделка не требует согласования правкомиссией по иностранным инвестициям, так как не ведет к установлению контроля над "Роснефтью" со стороны Glencore и QIA.

Новость о приватизации, пришедшая после официального закрытия фондовых бирж, сказалась на акциях "Роснефти" утром – цена на Московской бирже достигла исторического максимума 380,95 рубля, подскочив вверх почти на 7%; капитализация превысила 4 триллиона рублей, также обновив исторический максимум. К вечеру четверга темпы роста снизились до 5,5% или 375,85 рубля за бумагу. Росли и акции Glencore на гонконгской и лондонской биржах.

Российские власти и деловые круги позитивно оценили сделку: глава Сбербанка Герман Греф назвал ее очень успешной, в том числе благодаря привлечению качественных инвесторов.

По мнению замглавы бюджетного комитета Совфеда Елены Перминовой, доходы от приватизации "Роснефти" позволят покрыть дефицит федерального бюджета, сократить внутренние заимствования и сохранить средства Резервного фонда.

По словам Пескова, продажа 19,5% акций "Роснефти" консорциуму иностранных инвесторов носит исключительно коммерческих характер, никаких политических аспектов в ней нет. Она показывает, что российские активы интересны инвесторам как внутри страны, так и за рубежом.

Теме приватизации "Роснефти" в четверг уделили внимание многие зарубежные СМИ, в целом выразив мнение, что сделка стала неожиданностью, в том числе для рынков, и обозначила "триумф для президента Владимира Путина" во время действия антироссийских санкций.

Однако уже вечером в четверг агентство Блумберг со ссылкой на спецпосланника США по международным энергетическим вопросам Амоса Хохштейна сообщило, что США сейчас оценивают сделку по вхождению Glencore в капитал "Роснефти" на предмет соответствия санкционному режиму. По словам Хохштейна, такая сделка — не то, чего ожидали США. Вместе с тем он отметил, что Вашингтон не обязательно ее заблокирует.

При этом, по мнению Германа Грефа, выход на внешние рынки данная сделка не облегчит - "Роснефть" все еще находится под санкциями ЕС и США, ограничивающими для нее доступ к финансированию и технологиям.