Турбины накрутили иск к Enel. Миноритарии «Энел Россия» требуют €115,6 млн

Инвестфонд Prosperity Capital Management требует в суде от структур и топ-менеджеров итальянской Enel €115,55 млн в пользу российской энергокомпании «Энел Россия». По мнению фонда, владеющего до 10% акций «Энел Россия»,— это ущерб, который понесла компания из-за покупки ненужного оборудования за €98 млн. Несколько лет оно хранится на складе, так как проект строительства нового энергоблока в России был отменен, и постепенно обесценивается.

Крупнейший миноритарий «Энел Россия» Prosperity Capital Management и его структуры (контролируют до 10%) подали иск в арбитражный суд Свердловской области к нидерландской Enel Investment Holding B.V. (структура итальянской Enel) и менеджерам Enel на €115,55 млн. Среди ответчиков — члены совета директоров «Энел ОГК-5» (сейчас «Энел Россия») в 2010–2011 годах Энрико Виале, Марко Арчелли, Карло Тамбури, Франческа Гостинелли и Луиджи Феррарис (господа Арчелли и Феррарис уже не работают в Enel).

Содержание иска в картотеке дел не раскрывается. В уведомлении о намерении обратиться в суд (есть у “Ъ”), направленном инвестфондом в «Энел Россия», причиной иска названа сделка 2011 года. Тогда Enel отказалась от строительства генерации в Греции (это был проект Enelco S.A., в которой у Enel 75%), и Enel Investment продала «Энел Россия» газовую и паровую турбины и котел-утилизатор за €98 млн. Российская компания не раскрыла акционерам происхождение оборудование, утверждают в инвестфонде. В 2010 году сделку одобрил совет директоров Enel Investment, в апреле—мае 2011 года — совет директоров «Энел ОГК-5». Как утверждает истец, тогда «Энел ОГК-5» не имела четких планов на оборудование, но через полгода приступила к подготовке ТЭО нового блока на Среднеуральской ГРЭС, а в конце 2012 года отказалась от проекта. В «Энел Россия» ожидали, что из-за планов правительства по резкому росту цен на газ с 2015 года стоимость электроэнергии начнет расти, говорится в уведомлении. Закупленное оборудование хранится на складе, принося убытки: в 2015–2016 годах «Энел Россия» списала 60% его стоимости, а в 2016 году безуспешно пыталась его продать.

Истинной целью сделки, полагают в Prosperity, было не строительство нового блока в РФ, а минимизация убытков контролирующего акционера «из-за провала греческого проекта». «Enel Investment смогла переложить убытки с Enelco S.A., в котором у Enel Investment 75%, на “Энел Россия” (у Enel Investment 56%) — а значит, и на миноритарных акционеров “Энел Россия”»,— пояснил “Ъ” суть претензий представитель фонда.

В «Энел Россия» запрос “Ъ” направили в Enel, где отметили, что отказ от расширения Среднеуральской ГРЭС объясняется изменением рыночных условий и ухудшением российского сценария развития бизнеса: параметры строительства больше не закрывали необходимую рентабельность инвестиций. «Члены совета директоров “Энел Россия”, выдвинутые от компании Enel Investment Holding, всегда действовали в интересах компании “Энел Россия”, и поэтому любые иски и обвинения против них следует рассматривать как носящие злой умысел и не имеющие оснований»,— заявили в Enel.

Партнер Saveliev, Batanov and Partners Сергей Савельев отмечает, что при рассмотрении подобных исков суд не должен оценивать коммерческую составляющую сделки — принцип бизнес-решения. Бывают ситуации, когда коммерческий проект останавливается, компания фиксирует убытки, говорит юрист: «Это предпринимательский просчет менеджмента, за который нельзя наказывать. Но если истцом будет доказано, что изначально менеджменту было известно, что покупка данного оборудования преследовала цель перевесить убыток с одной компании группы на другую, то можно говорить о некоем убытке».

Федор Корначев из Райффайзенбанка не исключает, что сумма убытков уменьшится, если удастся продать оборудование: по его оценке, его стоимость за время простоя могла снизиться примерно на 15–20%. «Но думаю, цель Prosperity скорее в том, чтобы заставить Enel выкупить турбину обратно»,— говорит он.